Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков
24 декабря 2004 года

...Объявление на первой полосе городской газеты: "Обувная фабрика из г. Кирова. Полное обновление низа обуви... Новые виды подошв! Прием и выдача в городском Доме культуры". Вы догадываетесь, как живут люди, культурные запросы которых ограничены даже не дешевой обувью, а новой подошвой к дешевой обуви?.. А если эти люди получили образцы коммунальных платежек за январь, в которых сумма к оплате увеличилась вдвое-втрое?.. Вот в этой старой обуви на подошвах, требующих немедленного и дешевого обновления, но теперь вряд ли его дождущихся, они и вышли на улицу.

В половине одиннадцатого их у здания горадминистрации было примерно полсотни. Минут через сорок - уже больше трехсот. Это были старики и старухи. "Бабушек" (преимущественно так в Елабуге называют старух) было больше.

Они попробовали войти в здание, требуя встречи с районным главой Ильшатом Гафуровым, но охрана перекрыла двери. Тогда часть собравшихся заблокировала вход, остановившись у нижней ступени, а другие, вытянувшись "крылом", перекрыли проезжую часть улицы. Тогда к ним вышли представители власти: руководитель аппарата администрации, замглавы, зампред райсовета и еще несколько человек. Главы среди них не было. Народу объяснили, что он отсутствует на работе по болезни.

Митинга как такового не было, потому что не было выступлений. Старики просто стояли с самодельными плакатами. Почему они не выступали с речами, без которых и митинг не митинг? Это интересный вопрос. Тут есть два объяснения.

В Елабуге говорят: потому что все это получилось стихийно, даже накануне не было абсолютно никаких объявлений и приготовлений (а ведь Елабуга - небольшой городок, здесь о "чем-то таком" узнают все и очень скоро). Просто, говорят, в сберкассе или ЖЭУ собрались несколько бабушек, по дороге собрали еще несколько, а когда они встали перед администрацией - подтянулись остальные...

Но некоторые приготовления все-таки имели ведь место. Например, плакаты. Чтобы написать их от руки, хотя бы полчаса ведь нужно. А за это время вполне можно сформулировать для выступления то, что рвется с языка у любого бедного человека, когда он узнает, что через пару недель он станет просто нищим... И я догадываюсь, почему они этого не сделали, т.е. не подготовили речи для митинга. Просто все представления о народном митинге они черпают из редких-редких сюжетов теленовостей, а если такой сюжет и появляется в теленовостях, то в нем в лучшем случае секунд на пять промелькнут люди с плакатами. Вот елабужские старички и не догадались, что кроме плакатов бывают и речи...

Правда, время от времени они выкрикивали что-то протестное. Но когда представители власти с верхних ступеней лестницы попытались рассказать народу, что они сами живут на 4 тыс. рублей ежемесячного жалованья, случилось странное. Эти неорганизованные и невнятные крики странным образом переросли в скандирование. Скандировали: "Долой Гафурова!" и "Не платить!".

Их стали уговаривать пройти в здание Дома культуры, ведь он рядом и он хорошо им знаком: там, если есть немного денег, можно сменить подошву. Но они не шли. Они стояли так примерно три часа на вторничном холоде в этой своей никудышной обуви.

В толпе были милиционеры. Один из них все снимал на камеру, со старанием и даже некоторыми художественными изысками - так, бабушку, бьющую в кастрюлю, он взял крупным планом. Но бабушка его не боялась, и никто в этой толпе его не боялся: "Пусть снимает!". Потому что в этой толпе были практически одни пенсионеры, которых власти трудно как-то еще наказать. Но некоторые руководители местных предприятий и учреждений все-таки ходили кругом и вглядывались в толпу - нет ли в ней их подчиненных. Их не было: работающие в небольшом городке боятся потерять работу.

В толпе были и местные журналисты. Но только одно СМИ - независимая газета "Вечер Елабуги" дала репортаж с этого митинга отчаянных. "К гадалке не ходи, у этой газеты опять будут проблемы", - высказался по этому поводу на городском интернет-форуме "Андрей, коренной елабужанин"...

P.S. Вчера Елабугу посетила министр соцзащиты РТ Клавдия Новикова. С народом она не встречалась.

Марина ЮДКЕВИЧ, "Вечерняя Казань"
« Назад